Большинство россиян не готовы сдавать кровь безвозмездно

В минувшую субботу Россия отметила Национальный день донора крови. К празднику Минздрав подготовил поправки в закон «О донорстве крови и ее компонентов», позволяющие донорам выбирать, что они получат после сдачи крови – еду или деньги. Директор петербургской общественной организации «Фонд доноров» и член донорского совета при Общественной палате РФ Станислав ДАВЫДОВ рассказал «НИ», какие доноры перестали сдавать кровь после отмены платы за нее, насколько велики запасы крови в больницах и почему недавний инцидент с переливанием ребенку в Петербурге ВИЧ-положительной крови – трагическая случайность.


– Три месяца назад в России отменили плату за сдачу крови. Как это повлияло на количество доноров?


– Доноров стало меньше. Наше общество не созрело до той социальной ответственности, которую предусматривал закон. У нас люди в большинстве своем не готовы сдавать кровь безвозмездно. Мы не раз говорили, что этот закон нужен, но он несвоевременный и уж точно не для сегодняшней действительности. Большинство наших первичных доноров – это молодежь, студенты. Для них материальная мотивация имеет если не первостепенное, то приоритетное значение.


– Подготовленные Минздравом поправки о праве доноров выбирать между деньгами и едой – правильные?


– Бесплатного донорства у нас никогда не было. Чиновники Министерства здравоохранения говорят, что раньше все сдавали бесплатно, а деньги были компенсацией обеда. Да, это компенсация обеда, но это деньги. Компенсацию не выдавали бензином, не выдавали водой или как-то еще. Ее выдавали деньгами. Для кого-то это был заработок, для кого-то – дополнительный доход. Поэтому считать донорство абсолютно безвозмездным на протяжении всех этих лет глупо и наивно.


– В феврале больницам Санкт-Петербурга приходилось отменять плановые операции из-за нехватки донорской крови. Происходит ли это сейчас?


– В Петербурге ситуация с донорством стабильная, но далека от идеальной. Мы проводим гигантское количество мероприятий, нацеленных на привлечение первичных доноров. Очень спасают выезды в институты, на предприятия. К сожалению, на пункты переливания приходит в разы меньше людей. На городской станции переливания крови в прошлом году были очереди, а теперь – нет. Количество крови в городе, нужное для сегодняшнего дня, есть, но что будет завтра-послезавтра – неизвестно. Образно скажу: если операций будет три, то на эти три операции кровь есть. А если операций будет шесть, то кровь придется искать на других пунктах переливания, что не всегда удобно и не всегда оперативно происходит.


– Сторонники бесплатного донорства говорят, что за деньги сдают кровь неблагополучные члены общества: бомжи, наркоманы. Это так?


– Если это так, то я тоже наркоман и бомж, как и те тысячи человек, которых мы привели на пункты переливания. Все они – биологические проститутки и так далее. Слова госпожи Скворцовой (министр здравоохранения РФ Вероника Скворцова. – «НИ») о биологической проституции оставили такой отпечаток на донорском движении, что припоминать ей это будут еще очень и очень долго. Такие вещи нельзя говорить. Нельзя бросаться словами о торговле органами и людьми из-за того, что люди сдают кровь за деньги. Если для чиновника 500 рублей – это не деньги, то для периферии, для студентов, для бюджетников это безумные деньги. К сожалению, нашим чиновникам этого не понять, как не понять и общей ситуации, связанной с донорством в стране. Когда пресс-секретарь министра здравоохранения говорит о том, что снижающееся количество доноров не отражается на количестве заготавливаемой крови, эти слова не поддаются никакой адекватности. Недавно было заседание Общественной палаты, где мы поднимали вопрос о пересмотре закона. Я говорил и о том, что в демократическом обществе не может быть привилегированности одной организации, а в законе прописано, что приоритет в реализации донорских программ в стране имеет Российский Красный Крест. Мне представители Общественной палаты говорят: «Мы, значит, не очень детально читали закон». Люди, которые отвечают за принятие таких важных решений для страны, не читают закон!


– Кого этот закон больше отпугнул – первичных или кадровых доноров?


– Он отпугнул в первую очередь первичных доноров в гигантском количестве. Ведь им заменили выплату обедом, с которым ничего не определено. Где-то это паек, где-то – мини-обед, где-то – гигантский фуршет. А без сегодняшнего первичного донора у нас нет завтрашнего кадрового, то есть здорового донора, который регулярно приходит сдавать кровь.


– Как привлекает первичных доноров ваш фонд?


– Мы получили рекомендацию от комитета по образованию правительства Санкт-Петербурга об уроках донорства в школах. Фонд доноров проводит эти уроки для того, чтобы детям рассказать, что такое донорство. Эти уроки признаны эффективными. Большинство ребят, у которых мы проводили уроки пять лет назад, приходят сегодня на пункты переливания. Когда мы приезжаем на предприятие и ко мне подходят люди 40–50 лет и сикось-накось что-то рассказывают о донорстве, не понимая в этом даже самых элементарных вещей, мне стыдно. Стыдно, что здоровые люди с активной гражданской позицией, способные по состоянию здоровья сдавать кровь и имеющие определенное количество свободного времени, не приходят на пункты переливания. Мы должны вырастить новую молодежь, которая сменит поколение, отрицательно либо очень неактивно реагирующее на призывы стать донорами.


– Недавно в одной из больниц Санкт-Петербурга врач перелил ВИЧ-инфицированную кровь полуторагодовалому ребенку. Насколько пациенты защищены от подобных врачебных ошибок?


– Есть процедура проверки крови, процедура подготовки, процедура переливания. Произошла халатность, которую врач признал. Система проверки донорской крови выстроена таким образом, чтобы свести возможность заражения пациентов к нулю. Но врач выдал кровь на переливание до того, как были получены все официальные заключения по проверке крови.


– Как часто происходят такие случаи?


– В Петербурге это первый случай, который подтвержден официально. В целом по стране подобных случаев за последние десять лет было около полусотни. При том, что в России ежегодно делается более полутора миллионов переливаний донорской крови.



По материалам http://newizv.ru/society/2013-04-22/181497-direktor-fonda-do~.html

Хомячковый рай. Уйти и потеряться:

Оставить комментарий

Москве хватает сил на борьбу с ВИЧ и туберкулезом

Правительство столицы справляется с опасными болезнями без зарубежной помощи. Московские больницы пополняются современным оборудованием для борьбы с туберкулезом. Среди жителей Москвы 6432 человека больны туберкулезом. Еще 50 тыс. человек находятся в группе риска. На прошедшей пресс-конференции на тему «Диагностика и лечение туберкулеза» руководители Департамента здравоохранения города отчитались о результатах проделанной за прошлый год работы и рассказали об основных проблемах, с которыми сталкивается учреждение.


Минутой молчания руководители, журналисты и специалисты почтили память знаменитого хирурга Михаила Перельмана, скончавшегося 1 апреля на 89-м году жизни. «Михаил Израилевич внес огромный вклад в борьбу с болезнью», – сказал заместитель руководителя Департамента здравоохранения Алексей Хрипун.


Москва, по его словам, – самый благополучный регион в отношении диагностики и лечения туберкулеза. Основные показатели в 1,7 раза меньше, чем по России: это касается смертности (в 3,3 раза меньше общероссийских результатов) и распространенности (в 2,8 раза меньше). «И это, – подчеркнул Хрипун, – несмотря на то что Москва – крупнейший мегаполис».


«За последние два года мы существенно продвинулись в этом направлении – речь идет о том, что учреждения туберкулезного профиля получают достаточно средств. Мы проводим постепенную реорганизацию отрасли – 17 диспансеров присоединены к научно-практическому Центру борьбы с туберкулезом. Это существенно облегчает стратегическое планирование», – отметил чиновник. В свою очередь, директор Московского городского научно-практического центра по борьбе с туберкулезом Елена Богородская рассказала о том, что для лечения и профилактики болезни выделяются значительные средства, планируется приобретение более 8 тыс. единиц техники и постепенный переход от стационарной помощи к амбулаторной.


Заболеваемость же в столице сравнима с лучшими показателями крупных городов Европы. «Это обусловлено не сиюминутной ситуацией, – сказала Богородская, – а направленной кампанией правительства Москвы. У нас сейчас есть возможность для госпитализации всех заболевших. Мы имеем хорошие медицинские кадры: 30 докторов наук, 15 профессоров и 101 кандидат. И это все не для какого-то конкретного округа, а для всего города».


Смертность в Москве, по данным департамента, последние шесть лет снижается. Показатель заболеваемости – на прежнем уровне. Однако тут, уточнила Богородская, есть нюанс. Только 54% из больных – постоянные жители Москвы. При этом число заболевших снижается каждый год на 160 человек. Из заболевших 26% – из группы работающих граждан, все остальные – из социально уязвимых групп. Среди них велико число людей, не понимающих необходимости лечения. Еженедельно в Москве умирает от туберкулеза восемь человек.


Одной из острейших считается проблема сочетания туберкулеза и ВИЧ. В 2012 году с таким сочетанием был уже 891 человек. По словам главного специалиста по проблемам диагностики и лечения ВИЧ-инфекции Алексея Мазуса, каждый четвертый больной ВИЧ «если погибает – то от туберкулеза. Эпидемия болезни продолжается, но бояться не нужно, мы сдерживаем ее». Обследуемые два раза в год в московском Центре по борьбе со СПИДом жители Москвы в первую очередь проверяются на туберкулез.


Финансирование осуществляется департаментом – в 2012 году на закупку противотуберкулезных препаратов из средств Департамента здравоохранения Москвы было выделено более 330 млн. руб. Если до этого правительство обращалось в Глобальный фонд за помощью, то в настоящее время Россия обладает достаточными ресурсами, чтобы бороться с болезнью своими силами. «Мы полностью всем обеспечены», – резюмировала Богородская. Этой позиции придерживается и Алексей Мазус, по словам которого, отечественная медицина в нынешней ситуации не нуждается в зарубежной помощи.


Заметим, что официально Россия отказалась от финансовой помощи Глобального фонда, однако в 2012 году правление фонда приняло решение продлить финансирование некоторых НКО без уведомления государства.


Еще одной проблемой является распространенность туберкулеза у бездомных. Выявлением среди них заболевших занимается социальный патруль, который, с их согласия, проводит им санитарную обработку. Затем их направляют на обследование. После этого в случае выявления болезни – в 11-ю больницу. Если существует необходимость неотложной помощи, то заболевшие отправляются в клинику № 2.


Стоит заметить, что принудительным лечением департамент не занимается. «Я стою на гуманных позициях, – сказала Богородская. – В ряде стран есть отделения закрытого типа. У нас таких отделений нет, потому что нет соответствующего законодательства. И с моей точки зрения, создавать их не стоит. Ведь в таком случае пациент будет противопоставляться обществу. Поэтому, на мой взгляд, нужно гуманно относиться: говорить, уговаривать, рассказывать о болезни».



По материалам http://ng.ru/regions/2013-04-05/6_msk.html

Хомячковый рай. Уйти и потеряться:

Оставить комментарий

Житель США заразился бешенством от донорской почки

В одной из больниц Чикаго (США) скончался пенсионер, которому полтора года назад была произведена трансплантация почки. Экспертиза показала, что причиной смерти ветерана американской армии стало бешенство, а возбудитель болезни попал в его организм вместе с донорским органом.


Как выяснилось, в 2011 году пенсионеру пересадили почку 20-летнего Уильяма Смолла. По одним документам, юноша умер от энцефалита, по другим – от «желудочного вируса». Бешенство не было выявлено – анализов на вирус бешенства просто не делали, так как в список стандартных процедур, которым подвергаются доноры органов, они не входят, а симптомы заболевания Смолла не позволили заподозрить бешенство.


Кроме ветерана, донорские органы Смолла достались еще троим реципиентам. Все они в настоящее время помещены в больницу, медики проводят профилактику заболевания и следят за их состоянием, чтобы в случае обнаружения признаков заболевания немедленно принять меры.


Проявление бешенства спустя почти два года после инфицирования – случай уникальный, обычно инкубационный период, характерный для этого заболевания, не превышает трех месяцев.


Судя по типу инфекции, поразившей юношу, он был инфицирован в результате укуса енота.



По материалам http://internovosti.ru/text/

Хомячковый рай. Уйти и потеряться:

Оставить комментарий

Прыг: 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10
Скок: 10 20 30
декабрь 2017
пн вт ср чт пт сб вс
1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31